01.12.2022

«Откат» добрался до официальных документов. Эксперт рассказал об антикоррупции в закупках

krotk.jpg
Неотъемлемой частью коррупции является наличие выгоды, причем имущественной.

И если раньше существовали сложности, например, с тем, чтобы квалифицировать криптовалюту, как имущественную выгоду, то с принятием закона о цифровых финансовых активах всё стало намного проще, объяснил на конференции КРЭБ-2022 преподаватель Академии Информационных Систем, специалист в сфере корпоративной безопасности и управлению рисками Вячеслав Панкратьев.

Также сильно упростило работу в этом направлении постановление пленума Верховного суда от 2019 года, где было разъяснено, что если выгода неимущественная, но её можно посчитать, она также будет относиться к имущественной выгоде и проходить в рамках коррупционного законодательства.

За последние годы в законодательстве об антикоррупции произошло достаточно много и других существенных изменений, начиная от принятия национального плана по противодействию коррупции на 2021-2024 годы и заканчивая менее громкими, но оттого не менее значимыми методическими документами Минтруда России, который наделен официальным правом комментировать антикоррупционное законодательство. Их стоит внимательно изучить, так как позиция ведомства может использоваться в качестве аргумента в спорах с прокуратурой или в суде.

Противодействие коррупции в закупках

На конференции эксперт выступил с докладом, посвященным важным аспектам антикоррупции в закупках, которая является магистральной темой национального плана по противодействию коррупции:

«Есть много законов, регламентирующих эту сферу и все их надо учитывать. Конкретную ситуацию надо рассматривать не только с точки зрения антикоррупционного закона, но и всех остальных законов, включая Гражданский кодекс РФ», — обратил внимание Вячеслав Панакратьев.

Он также добавил, что, несмотря на расхожее убеждение, коррупционные риски есть не только в преддоговорной работе, но практически на всех этапах закупки: и при выборе контрагента, и при составлении условий договора, и при выполнении работ, и даже в претензионно-исковой деятельности.

Цена владения

Рассматривая сделку на предмет коррупции, нужно искать выгоду не только с конкретного договора, но со всех договоров, связанных с этой закупкой:

«Если вы делаете ребрендинг — это может стоить копейки, но он предполагает перекраску всех офисов, замену формы персонала и прочее, — привел пример эксперт АИС. — Колоссальные деньги будут идти по остальным договорам, связанным с принятием первого договора. Поэтому нужно смотреть не только конкретный договор, но и основания для его заключения, и последствия от его заключения».

Коррупционные риски при этом нужно анализировать не только у закупщика, но у всех лиц, принимающих участие в закупках. Позиция Минтруда, отмечает Вячеслав Панкратьев, заключается в том, что надо формировать перечень должностей с повышенными коррупционными рисками не только по должностям, но и по лицам, которые по отдельным правам выполняют какие-то обязанности в закупках: члены закупочных комиссий или те, кто делают что-то по приказу или по доверенности.

Конфликт интересов второго порядка

Отдельно эксперт отметил важность работы с конфликтом интересов — ситуацией, когда должностное лицо не может объективно и беспристрастно выполнять свои должностные обязанности из-за личной заинтересованности.

На практике в закупках часто встречается так называемый «конфликт интересов второго уровня» — когда у закупщика нет личных интересов в компании с которой он работает, но есть интересы в организации, выстраивающей отношения с компанией, с которой он работает.

«Если госслужащим запрещено заниматься коммерческой деятельностью, то работникам обычных организаций не запрещено, — обратил внимание Вячеслав Панкратьев. — Поэтому вы не можете юридически запрещать человеку иметь интересы в коммерческих структурах, если это не подпадает по статусу под антикоррупционный запрет. Но можете регламентировать вопросы в рамках конфликта интересов».

«Откат»

— этот термин прочно ассоциируется с закупками в общественном сознании, но в официальных документах его до последнего момента не было. Впервые он упоминается как раз в национальном плане по противодействию коррупции, обратил внимание эксперт АИС, где его привязывают к праву заключения госконтрактов.